other dances about
architecture:
radioarchive...>>>
muzprosvet reviews...>>>
dj martian blog...>>>
brainwashed...>>>
pitchforkmedia...>>>
guide to discography...>>>
allmusic...>>>
послушать:
SoulSeek...>>>
mp3-Muzprosvet...>>>
new york times podcast...>>>
компакт-диски
кассеты
пластинки
|
now playing
 LES ELLES
LES ELLES
лейбл: Boucherie productions, 1997
Дамские револьверы. Без них не обходится ни один детективный роман. Они приходят на помощь, когда злодей бесчинствует, герой повержен, а до развязки всего две страницы. Такие изящные, притягательные и смертельно опасные. Небольшая шкатулка, самое лучшее место для хранения подобных вещей. Но помните, что выстрел может произойти в любой момент.
Дамский коллектив "Les Elles". Четыре молодые женщины собрались в 1992 году в Париже. Они талантливы, привлекательны и смертельно опасны. За плечами цирковой оркестр, уличные группы, ораторское мастерство и театр.
Цель - музыкальный заговор.
Владеют всеми приемами музыки на профессиональном уровне.
Мисс Pascaline Herveet одурманивает жертву нежным, классическим шансоном, а мисс Sophie Henry гипнотизирует аккордеоном и препарированным пианино, неспешно готовится множество молоточков, пищалок, трещоток и резиновых птичек. Собственность мисс Sarah Auvray.
Капель и нежная скрипка. Беззащитный голос не выдерживает одиночества и срывается в истерике. Его спасают верные подруги. Депрессия уходит. И снова только нежность и женская загадка. Париж, Восток ,Север. Для достижения цели, все средства хороши. А жертва уже связана дамскими откровениями и лежит с кляпом из гармонии в голове.
Им все сойдет с рук. И когда балаганная музыка претендует на серьезные чувства, и когда романс переходит в крики оргазма, и когда Ванесса Парадиз превращается в Диаманду Галас на фоне вилончели, резиновых птичек и клоунских примочек.
Потому что результатом остается музыка. Романтическая, печальная и очень ранимая.
И все равно это заговор.
[bungle:19:08:01]
Sirka Ragnar
I am, you are, he/ she/ it is
label: How is Annie Records (2006)
Существует музыка для детей, для лифтов, для супермаркетов, для синхронного плавания, для выходных дней, наконец, даже для последних минут нахождения тела над поверхностью земли. И как же всё это жестко друг к другу привязано, без разницы - овчаркой на цепи или той-терьером на нейлоновой нитке. Если же своим сюжетом хочется сделать не привязанность, а само движение, то и музыку надо выбирать конгруэнтную, ежесекундно выбивающую табуретку из-под ног веселого путешественника. Все мелькает перед его взглядом, всё изменяется, весело ему! Как же угадать изгибы его настроения? Вымыв руки, перетереть мелко-мелко нарезанную в телевизоре третью мировую, не забыть сдать в багаж и потерять там навсегда все гели, жидкости и зубные пасты, плеснуть в открытую две столовые ложки грязного лоу-фая и бросить намек на старое недоброе инди, тронутое, как плесенью сыр, ломкой электроникой, украситься петрушкой - и чем тебе не завтрак антиглобалиста-космополита? В этой, не боясь громких слов, идеальной норвежской музыке есть и широкой души аудио-неприязнь ко всему, что давно уже пришла пора перестать обожать, и немудреные звуковые радости, стыренные с поп фестивалей; и поющие феи, и воскресные трубы, и редкое праздничное ощущение одноразовости - какой бы раз вы эту музыку ни слушали. Ее сминаешь как салфетку; ее, себя, окружающего мира - не жаль. С нами было хорошо, не правда ли?
[shakor, 08:2006]
|
